БанкиКредит для бизнеса

Банковские риски при кредитовании бизнеса


Банки пока не готовы кредитовать экономику докризисными темпами. Куда девать излишки ликвидности?

Банковская система начала постепенно избавляться от «жировых запасов» в виде избыточной ликвидности. Впрочем, идеальной новую фигуру пока не назовешь. По данным центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования, доля избыточной ликвидности (к ней относятся «неработающие» деньги, сохраняемые банками на депозитах Банка России и в виде вложений в его же облигации, ОБР) в общем объеме ликвидных активов в конце августа составляла 53,9%. Иными словами, больше половины средств, которые можно было бы вложить в экономику, финансисты по-прежнему предпочитают держать в «тихой гавани» — дохода почти не приносят, зато и рисков никаких. Однако ж вновь обретенные контуры фигуры уже выгодно отличаются от прежних форм: уровень избыточной ликвидности с начала года держался в диапазоне 71 — 78% (в феврале — 81,5%).

kreditovanie-biznesa

Прогресс налицо. Банкиры начали распечатывать кубышки, принимать на себя умеренные риски. Куда же они вкладывают деньги?

Основных, классических направлений размещения активов немного: кредитование населения и предприятий, кредитование коллег по цеху (межбанковский рынок, МБК) и рынок ценных бумаг. Из перечисленного наиболее классическим видом банковских вложений считается, конечно же, кредитование: недаром удельный вес кредитов в общем объеме банковских активов занимает, по данным ЦБ, 66,6%. Сегодня поговорим о кредитах так называемому реальному сектору экономики. Согласно официальной статистике Банка России их доля в активах банков в начале апреля оценивалась в 42,2%.

Лед тронулся?

В разгар кризиса, с конца 2008 г., банки выдачу новых кредитов «заморозили». Кто-то объявлял о моратории публично, кто-то проводил такую политику без громких заявлений, но факт остается фактом и подтверждается статистикой. В середине 2012-го кредиты реальному сектору стали демонстрировать небольшой прирост. Однако все без исключения эксперты говорили об эффекте этакого оптического обмана: банки, дабы не портить отчетность, пролонгировали старые кредиты, ставшие «плохими» (как минимум, с просрочкой по платежам либо вовсе безнадежные к возврату), оформляя их в качестве вновь выданных. По разным оценкам, доля таких псевдокредитов составляла от 50 до 80%. Эта массовая игра в прятки продолжалась достаточно долго, а некоторые банкиры, к сожалению, продолжают играть в нее до сих пор.

С середины прошлого года эксперты — и официальные правительственные, и независимые — заговорили о начале оживления в экономике. Адекватным ответом банковской системы на изменение ситуации, по идее, должна была стать реанимация кредитования. И некоторый символический рост кредитных портфелей статистика фиксировала. Мизерность прироста специалисты объясняли двумя факторами — страхом банков, обжегшихся в кризис о массовые неплатежи, перед выдачей новых кредитов и снижением спроса со стороны заемщиков, испытавших все ужасы «долговой петли» и ставших более осторожными в привлечении средств.

С начала этого года прирост кредитных портфелей также демонстрирует символический прогресс: 0,7%, 0,9% и 1,8% с января по сентябрь.

Пессимисты из числа самих банкиров объясняют этот рост оживлением «вторичной активности»: «увеличение спроса на кредиты произошло за счет намерений клиентов перекредитоваться на более выгодных условиях. Реальный рост кредитного портфеля банков может произойти только при существенном снижении ставок кредитования, для чего необходимо переформировать пассивы, на что может уйти несколько месяцев». Оптимисты готовы считать прирост портфеля подтверждением тому, что «жизнь налаживается»: «это связано с улучшением макроэкономических показателей России, увеличением мер государственной поддержки реального сектора».

Но и те, и другие признают заметно возросшую осторожность заемщиков и ухудшение их качества: «колоссальной проблемой, как и для всех участников рынка, остается дефицит «качественных» заемщиков; первоклассные корпоративные клиенты обслуживаются в госбанках, у которых по понятным причинам практически нет конкурентов в ценовом сегменте. Значительная часть заемщиков еще помнит кризис и крайне осторожно относится к кредитам. Оживление спроса, безусловно, ощущается, но далеко не всегда этот спрос является платежеспособным; часть предприятий, активно интересующихся возможностью кредитования, просто нуждается в заемных средствах для латания очередных «дыр».

Оживление интереса заемщиков, конечно же, будет расти, полагают банкиры. «Однако перелома, резкого скачка в ближайшей перспективе ждать не стоит», — предупреждают они.

Торговля в фаворе

Кого же банкиры, сетующие на дефицит «качественных» заемщиков, готовы кредитовать сейчас? Некоторые из них предпочитают отвечать на этот вопрос политкорректно.

Но отраслевые предпочтения у кредиторов все-таки существуют. Например, до кризиса признанными фаворитами банкиров были отрасли торговли и строительства. Любовь к первой сохранилась, ко второй, как утверждают, завяла. Торговля по-прежнему является желанным заемщиком для банков. Предпочтения банкиров подтверждает и официальная статистика: доля кредитов торговому сектору является самой высокой отраслевой долей и составляет в совокупном рублевом портфеле 22,92%, в валютном — 15,38%.

К перекредитованному до кризиса строительному сектору банкиры сейчас относятся с опаской. До сих пор на рынке как последствие кризиса имеет место избыточность предложений по бизнес-площадям для аренды, невысок спрос и на новое жилье. Кроме того, если раньше при кредитовании строительства наряду с заемными денежными средствами активно привлекались средства дольщиков и соинвесторов, то сейчас банкам, входящим в проект, необходимо быть готовыми «закрыть» своими средствами всю сметную стоимость, то есть принять на себя все риски проекта. Поэтому интерес к финансированию строительного сектора пока не слишком высок.

В этой части «показания» банкиров и статистики расходятся. По данным ЦБ, доля вложений банков в строительство и недвижимость очень высока: по рублевым кредитам — 9,20 и 10,46% соответственно, по валютным — 6,85 и 16,05%.

Допустим, эти данные отражают прежние предпочтения финансистов: часть кредитов, пережив разные стадии проблемности, зависла в портфелях. Но вот свежие оценки. Значительная часть (около 40%) прироста портфеля с начала года обеспечена кредитами предприятиям строительного комплекса. Это косвенный признак сохраняющейся деловой активности в данной сфере.

Другим значимым драйвером прироста портфеля (более 20%) стал агропромышленный комплекс, куда входят и активно поддерживаемое государством сельское хозяйство, и пищевая промышленность — отрасль, также тесно «завязанная» на конечный потребительский спрос.

Альтернатива

Выдавать краткосрочные кредиты банки могут своим коллегам на рынке межбанковского кредитования. И, судя по данным ЦБ, довольно активно это делают: на 1 марта объем рынка МБК составил 3,2 трлн руб., что соответствует примерно десятой части всех банковских активов.

Но рынок МБК выполняет, скорее, трансакционные функции перераспределения ликвидности внутри банковской системы. А ситуация с ликвидностью у представителей системы меняется синхронно: либо деньги есть у всех, либо денег нет ни у кого. То есть структурных проблем сектора рынок МБК решить не в состоянии. Пар в виде избытка ликвидности, когда та зашкаливает, банки, конечно, могут там выпустить. Но экономике от такого банковского «междусобойчика» — ни жарко ни холодно.

Другой крупный сегмент для размещения средств — рынок ценных бумаг. С начала года доля вложений в его инструменты выросла в структуре активов с 14 до 17%. В портфелях некоторых банков эта доля еще выше. Центр экономических исследований МФПА выявил 38 банков, где удельный вес фондовых портфелей превышает 50% активов.

Уточним, что речь идет о вложении в основном в долговые бумаги: государственные, муниципальные и корпоративные облигации, в меньшей степени — в векселя. По данным Банка России, на 1 апреля 2014 г. из 5,9 трлн руб., размещенных в ценные бумаги, почти 4,5 трлн приходились именно на долговые инструменты, еще около 350 млрд — на векселя.

Особый разговор — о корпоративных облигациях. Статистика не выделяет вложения банков в эти инструменты, но, по оценкам экспертов, держат этот рынок именно они — в разные периоды от 50 до 80% всех выпусков. Сейчас суммарный объем бумаг в обращении превышает 3 трлн руб., то есть равен примерно 10% активов банковской системы.

Вложения в корпоративные облигации, как и в любые ценные бумаги, безусловно, сопровождаются рыночными рисками. И это — едва ли не единственный минус данного вида активов. Хотя, уточним, в периоды потрясений рискам подвергаются все активы, в том числе кредиты, вдруг превращающиеся в невозврат. Но разговор сейчас не о кризисных встрясках, а об особенностях восстановительного периода. И в этот период, отмечают эксперты, вложения банков в корпоративные облигации являются очень эффективными — и с точки зрения устойчивости банковского сектора, и с точки зрения экономики в целом.

Интерес и у предприятий-эмитентов, выпускающих облигации, и у банков, их покупающих, обоюдный. Предприятия путем размещения своих долговых бумаг привлекают средства и таким образом замещают не всегда доступные банковские кредиты. К тому же подобное привлечение обходится заемщику дешевле: ставки по облигациям ниже ставок по кредитам. В итоге относительная дешевизна облигационных займов «давит» на банки, заставляя их снижать кредитные ставки. Эффект тут не моментальный, но процесс направляется именно в эту сторону. Чем не плюс для предприятий и экономики в целом?

Интерес банков состоит в том, что, кредитуя заемщика таким косвенным способом — путем покупки его облигаций, они не принимают на себя кредитные риски. Кроме того, облигации, в отличие от классического кредита, — ликвидный инструмент, их можно продать в любое время.

Дело за малым — за более интенсивным развитием рынка корпоративных облигаций.

Следующая статья Как взять кредит на Теле2. Услуга "Обещанный платёж".

Предыдущая статья Что такое потребительский кредит?